Каталог
Смотреть полные изображения — бесплатная регистрация
Продолжить с Google — это бесплатно
или зарегистрироваться по email
10 Pounds Planters Bank
| Эмитент | Planters Bank, Kingston, Jamaica |
|---|---|
| Год | |
| Тип | Standard circulation banknote |
| Номинал | Войдите чтобы увидеть детали |
| Валюта | Войдите чтобы увидеть детали |
| Материал | Войдите чтобы увидеть детали |
| Размер | Войдите чтобы увидеть детали |
| Форма | Войдите чтобы увидеть детали |
| Типография | Войдите чтобы увидеть детали |
| Художник(и) | Войдите чтобы увидеть детали |
| Гравёр(ы) | Войдите чтобы увидеть детали |
| В обращении до | Войдите чтобы увидеть детали |
| Каталожные номера | Войдите чтобы увидеть детали |
| Описание лицевой стороны | Left vignette of a horseman at dockside, right vignette of a trader with goods; a seated Britannia holding shield with lion at upper centre. Denomination numerals TEN appear at both lower corners flanking the central text block with the promise-to-pay legend. |
|---|---|
| Надписи лицевой стороны | Войдите чтобы увидеть детали |
| Описание оборотной стороны | Plain unprinted reverse on aged hand-laid paper, showing fold lines and scattered foxing consistent with the note's age and circulation history. |
| Надписи оборотной стороны | Войдите чтобы увидеть детали |
| Подпись(и) | Войдите чтобы увидеть детали |
| Тип защиты | Войдите чтобы увидеть детали |
| Описание защиты | Войдите чтобы увидеть детали |
| Варианты | Войдите чтобы увидеть детали |
| Комментарии |
The Planters Bank of Jamaica was one of several competing colonial banking houses operating in Kingston during the early nineteenth century, all issuing their own notes against reserves that were frequently tested by the island's volatile sugar economy. John Scott of Glasgow was a respectable provincial printer, but his involvement here reflects the common practice of Caribbean issuers commissioning plates from British firms — cheaper than London engravers and perfectly adequate for colonial circulation.
The "Planters Bank" name is worth pausing on: the institution drew its capital base almost entirely from sugar estate proprietors, many of them absentee landlords, and its fortunes tracked the collapse of the plantation economy following emancipation in 1834 with uncomfortable precision.