Каталог
Смотреть полные изображения — бесплатная регистрация
Продолжить с Google — это бесплатно
или зарегистрироваться по email
Зачем регистрироваться? Только чтобы защитить каталог от ботов. Ваш email останется конфиденциальным — мы никогда не передадим его и не пришлём ничего без вашего согласия. Это наша гарантия!
2 Thalers - Ferdinand II
| Эмитент | Augsburg, Free city of |
|---|---|
| Год | 1627 |
| Тип | Standard circulation coin |
| Номинал | Войдите чтобы увидеть детали |
| Валюта | Войдите чтобы увидеть детали |
| Состав | Войдите чтобы увидеть детали |
| Вес | Войдите чтобы увидеть детали |
| Диаметр | Войдите чтобы увидеть детали |
| Толщина | Войдите чтобы увидеть детали |
| Форма | Войдите чтобы увидеть детали |
| Техника | Войдите чтобы увидеть детали |
| Ориентация | Войдите чтобы увидеть детали |
| Гравёр(ы) | Войдите чтобы увидеть детали |
| В обращении до | Войдите чтобы увидеть детали |
| Каталожные номера | Войдите чтобы увидеть детали |
| Описание аверса | Войдите чтобы увидеть детали |
|---|---|
| Письменность аверса | Войдите чтобы увидеть детали |
| Надписи аверса | ✿AVGVSTA·VIN DELICORVM MDCXXVII |
| Описание реверса | Войдите чтобы увидеть детали |
| Письменность реверса | Latin |
| Надписи реверса | Войдите чтобы увидеть детали |
| Гурт | Войдите чтобы увидеть детали |
| Монетный двор | Войдите чтобы увидеть детали |
| Тираж | Войдите чтобы увидеть детали |
| Дополнительная информация |
Augsburg's 1627 double thaler lands squarely in the early years of the Thirty Years' War, during which the city's status as a Free Imperial City made it a focal point of confessional tension between its Catholic and Protestant populations. Ferdinand II had reimposed Catholic authority over Augsburg in 1624 following decades of Protestant dominance, a move that generated deep civic fracture. The city's merchant elite, whose wealth underwrote issues like this one, were negotiating survival between imperial pressure and their own Reformed sympathies.
At 58+ grams, these double thalers served trade functions rather than everyday exchange, circulating among merchants and financiers who would have felt Ferdinand's religious policies acutely.